Последнее время зависла между небом и землей. Какая-то революционная ситуация в голове - верхи больше не могут, низы не хотят.
И какое-то сплошное разочарование по всем фронтам. Хотя мне вроде уже "не по летам" разочаровываться)

Я думала, что не стоит уже обо всем нижеизложенном писать, потому что самой мне все это представляется весьма спорным. Даже не просто спорным, а просто я в это не верю и чем больше углублялась в тему, тем она была мне неприятнее, вот как новый перевод Канона) Но сейчас все же решила хоть частично , фрагментарно зафиксировать здесь эту сторону исследований и, наверное, уже больше к ней не возвращаться. Но пусть будет для истории. Сейчас будет много букв.

Сама мысль о связи Холмса с Америкой мне всегда интуитивно представлялась довольно фантастичной, и думаю, что интуиция не подвела. Но сейчас расскажу по порядку, как я пыталась проникнуться этой идеей. В первом томе "Большой игры" я, конечно, видела статью Кристофера Морли "Был ли Шерлок Холмс американцем?", но всегда проходила мимо, считая, что такого не может быть, "потому что не может быть никогда".
Но вот совсем недавно, когда я проглядывала журналы "BSI", на предмет статей о происхождении и детстве Холмса - надо уже покончить с этой темой - мне попалась интересная статья в журнале за 1972 год, если не ошибаюсь, на тему, как на самом деле выглядел Холмс. Начало статьи о том, что в изображении Холмса повсеместно имело место отклонение от задуманного Дойлем образа, мне было очень близко. И в этом я была склонна согласиться с автором. Вспомнилось, как после Ричардсона я долго привыкала к Ливанову и его Холмс казался каким-то очень смягченным и сглаженным. Даже внешне, не говоря уже обо всем остальном. И я никогда не устану вспоминать и постить свою любимую иллюстрацию.



Вот этой пронзительности и орлиного профиля мне всегда немного не хватало, как в нашем сериале, так и во многих других экранизациях. В связи с этим поражает, что когда некоторые товарищи видят фотографии Ретбоуна или Бретта в роли Холмса, то говорят, что это же не Холмс, а скорее профессор Мориарти. Что говорит о том, что у нас представление о внешности Холмса уж точно напрямую зависело от образа, созданного Ливановым. Вообще, на тему воплощения Холмса на экране я могу, наверное, говорить долго) и пора, наверное, в связи с этим вернуться к киношной теме. А пока продолжу.

Надо сказать, что автор ушел немного в сторону. На мой взгляд. И наши мнения немного разошлись, либо он не настолько хорош, как художник. Я перевела эту статью, хоть и немного коряво, может быть. Засомневалась, стоит ли выкладывать. Но раз уже есть перевод, то не стоит ему пропадать втуне. Сейчас я его приведу , а потом продолжу.

Подлинное лицо Шерлока Холмса.
Рон Миллер

Как же на самом деле выглядел Шерлок Холмс?

Спросите об этом любого шерлокианца, и в 8 из 10 случаев вам в ответ опишут Бэзила Ретбоуна, даже если и не упомянут его имя. Два другие ответа, несомненно, будут иметь отношение к Уильяму Джиллетту. Почему же так происходит?
Все это просто потому, что лицо Шерлока Холмса быстро становится традиционным – и все это время самим подлинным Шерлоком Холмсом пренебрегают и забывают о нем. Конечно, конкретных описаний Холмса в Каноне прискорбно мало, однако, все доступные нам наброски и детали, связываясь воедино, представляют вполне законченный портрет, который во всех подробностях имеет весьма небольшое сходство с укоренившимся в нашем сознании образом Холмса и даже опровергает его.
Большинство шерлокианцев почти единогласно разделяют позицию, принятую Монтгомери (в его Рождественском ежегоднике за 1954 год) и Клайнефельтером ( в «Шерлок Холмс: в анфас и профиль»). В отношении портрета Холмса, сделанного Фрэнком Уайлсом к «Долине страха» они говорят, что он выполнен «в общепринятой достоверной манере» и оценивают его очень высоко. Но так ли на самом деле выглядит Холмс? Очевидно, это представляется не настолько значимым, чтобы принимать это во внимание. Холмс – человек должен уступить место традиционно принятому Холмсу. Вся иконография Клайнефельтера придерживается этой точки зрения. Он никогда не говорит, действительно ли имеется сходство с Холмсом в том или ином рисунке или же он просто подходит к устоявшемуся стереотипу. Столь безусловное одобрение без всяких сомнений довольно нехарактерно для скрупулезных во всех прочих вопросах шерлокианцев.
В настоящий момент сложились два лагеря: Холмс Пейджета-Ретбоуна и Холмс Джиллетта-Стила. Фактически каждое изображение Холмса со времени их появления можно отнести к одной из двух этих категорий – и вероятнее всего, к первой. Так как каждый успешный художник старается соответствовать в своей работе уже существующим концепциям (нежели изображать Холмса по имеющемуся описанию), то закрепление предыдущего опыта постепенно оканчивается сглаживанием острых углов, смягчением, а в конечном счете утрачивается идентичность и оригинальность, которая , как минимум , присутствовала в более ранних работах и делала их столь значительными – там, по крайней мере, была попытка добиться лучшего результата.
Что же характеризует две этих группы? Холмс Пейджета-Ретбоуна смертельно бледен, с залысинами на голове; его лицо , с неизменно прямым носом, сужается от выпуклого лба к почти заостренному слабому подбородку.
Холмс Джиллетта-Стила выглядит немного крепче , у него не такие утонченные черты, более квадратный подбородок, у него больше волос и крючковатый нос Дика Трейси. Я понимаю, что все это сказано довольно общо, но достаточно точно. Через минуту я к этому вернусь.
Тогда как же выглядел Шерлок Холмс? Я должен попросить читателей призвать на помощь свое воображение. Представьте себе краснокожего индейца, выслеживающего свою добычу в американских лесах. Он худощавый и с ястребиным профилем, твердые губы плотно сжаты, а взгляд прикован к следу его противника. А теперь в своем воображении быстро представьте его в шапке охотника на оленей и в пальто с накидкой, а вокруг него вообразите клубящийся туман.
Уже отмечалось весьма возможное сходство. Уже высказывались предположения о том, что Холмс мог быть американцем; но почему бы речь не может идти просто об американских корнях в его родословной? Может быть, его бабушка была родом из американских индейцев? Или даже мать? Рассмотрим некоторые возможные наследственные черты (или даже подкупающую идею, что Холмса мог обучить чему-то его родственник-индеец) : его великолепное умение идти по следу, не просто научные теории, но реальный талант преследования добычи; его привычка говорить о преследовании преступника с точки зрения охотника; его необыкновенная физическая сила – несмотря на то, что он был весьма худощавым человеком – и особенно его способности в качестве бегуна; его привычка сидеть, скрестив ноги на манер индейцев. Но самое главное, мы должны обратить внимание на его внешность. От индейцев он получил резкие орлиные черты изможденного лица; его черные волосы; выступающий вперед , решительный квадратный подбородок, судя по всему, лишенный всякой растительности, ибо Уотсон часто упоминает о его гладко выбритом лице, даже в самые критические моменты, и пронзительный взгляд глубоко посаженных глаз. Английская кровь сказалась в его тонких губах и бледности. И конечно, такая известная черта его индейской внешности , как его орлиный нос. Он описан, как «орлиный»; и не прямой пейджетовский нос, не крючковатый Стила не подходят под это описание.
Таким образом, отталкиваясь в новом образе Холмса от его предков-индейцев – присовокупив сюда все детали, которые мы можем найти на этот счет в Каноне, полагаю, мы получим Холмса очень близкого к оригиналу.
Разве не мог этот человек на своей исторической родине , в набедренной повязке и мокасинах выслеживать гризли с тем же успехом, как в Лондоне, когда, одетый в темный костюм, он шел по следу куда более смертоносного зверя, такого, как Мориарти?
Приняв во внимание все перечисленные выше черты, я воссоздал портрет с изображением лица Холмса. Я придал ему аскетическое, худощавое, почти суровое лицо; немного надменное, но умное; искусный охотник. Глаза под густыми бровями небольшие и глубоко-посаженные. Узкое лицо с высоким лбом и с волевым, чуть выступающим вперед , квадратным подбородком. Над строгим ртом с тонкими губами нос, напоминающий формой орлиный клюв. Это лицо не лишено привлекательности, и при этом лишено миловидности мужчин с рекламы «Arrow collar» (букв.: воротничок «стрела») Примесь индейской крови присутствует в некоторой угловатости строения лица и строгости очертаний, которые придают этому худощавому лицу выражение решимости; а также в орлином носе, пронзительности взгляда и непроницаемости его выражения. Хотя, несомненно, будут высказаны возражения, думаю, что в целом я был точен в отношении Шерлока Холмса и того описания, что дал нам доктор Уотсон.


***
Сразу скажу, что от портрета я в восторг не пришла) И Холмс мне тут показался очень похожим на Эрика Портера в роли Сомса Форсайта. Ничего индейского я тут не приметила, и если говорить о Фрэнке Уайлсе, то его Холмс мне представляется более убедительным.


Хотя, наверное, если говорить совсем откровенно, и в отношении иллюстраций и в плане экранизаций, он , наверное, и в самом деле неуловим. Идеальным, мне кажется, было бы сочетание, как и написано в Каноне, пронзительной проницательности с какой-то мягкой задумчивой лиричностью - а это, наверное, ужасно сложно.

Но статья сыграла свою роль) Мысль о предке-индейце мне показалась интересной, и тут же было упомянуто о том, что уже выдвигались теории касательно американского происхождения Холмса. И, наверное, это слишком фантастично, но меня вдохновила идея о сплетении корней французских художников с потомками каких-нибудь ирокезов) И я подумала: А вдруг?) И полезла за статьей.
Даже и не только полезла, а сразу взялась за перевод. В небольшом предисловии издатели признали, что Морли все очень логично изложил, не просто фантазировал, а подвел "научную базу" под все свои гипотезы. И, наверное, американцу очень легко было поверить в его правоту и преисполниться гордостью. И тут, наверное, дело во мне) Может, потому, что я не слишком хорошо отношусь к американцам - это уже в крови) Но вот не верю я в эту теорию, как бы обоснована она ни была. Не верю совершенно интуитивно, так же, как если б вдруг кто-то заявил, что Холмс был русским.
И когда поняла, что все во мне против такой идеи, уже перестала переводить, а просто пробежала глазами все остальное.
Сейчас я все же приложу то, что переведено, и, может добавлю еще несколько строк.

Был ли Шерлок Холмс американцем?

Кристофер Морли

(1936)

(Морли (1890-1957), легендарный основатель «Нерегулярных частей с Бейкер-стрит», стал членом Общества в 1944 году, изредка вносил свой вклад в Большую игру. Возможно, он обладал слишком бурным темпераментом, чтоб посвятить себя скрупулезному изучению, необходимому для работы над темой. Тем не менее, следующее эссе – шедевр по части логического мышления и аргументированных подтверждений и, как будет видно из последующего эссе, эта идея владела умами американских Нерегулярных частей во время Второй Мировой войны.)
***
Вероятно, он, действительно, американец, но почти утратил акцент, прожив несколько лет в Лондоне.
- Три Гарридеба.

Для Холмса всегда была характерной странная секретность. Он скрывал от Уотсона свою связь с Америкой. И хотя Уотсон должен был, в конце концов, догадаться о ней, он также был не слишком откровенен с нами, своими читателями. Доктор был стойким патриотом Британии: тот факт, что бабушка Холмса была француженкой, и так привел его в замешательство и добавлять к этому информацию о связи его друга с Америкой и то, что он был всецело на ее стороне, было бы крайне болезненно. Но эта теория слишком заманчива, чтоб так легко можно было выбросить ее из головы. В не менее 15 опубликованных дел (включая три из четырех длинных повествований) действуют американцы, либо действие происходит в США. Уотсон прилагает усилия к тому, чтоб свести к минимуму упоминания об американских пейзажах, о которых, должно быть, ему рассказывал Холмс. Обширные равнины Запада были «унылой и бесплодной пустыней», долина Вермисса (полагаю, в Пенсильвании?) представляла собой «черные скалы и дикие заросли…Зрелище было крайне угнетающим». Слова маленькой Люси, процитированные Уотсоном, «- Послушай, а это место тоже создал Бог?» - было его комическим парированием Холмсу, пародией на фразу, которую он часто слышал от него во время их дружеских бесед у камина. И в периодических упоминаниях Уотсона о «хорошо знакомом голосе», возможно, даже содержится намек на диалект янки. Дискуссия на тему двух соперничающих друг с другом патриотических взглядов была одной из их любимых тем для беседы. Уотсон никак не мог простить Холмсу его ироничной шутки, когда после какого-то особо наивного утверждения доктора в отношении викторианского империализма (возможно, это было в 1887-м юбилейном году), Шерлок начал украшать стену вензелем V.R.из пулевых отверстий . (Или может даже, доктор принял за V.R. то, что опять таки в шутку следовало расценивать, как V.H. – из-за того, что Уотсон слишком уж настаивал на сентиментальном интересе Холмса к мисс Вайолет Хантер? Если на меткость стрелка подействовала вибрация от какой-нибудь тяжелой телеги, проезжавшей по улице или находившейся неподалеку станции подземки, то буква Н вполне могла выглядеть, как R.)
Почему же, опять таки, о начале «Этюда в багровых тонах» Уотсон пишет: «Четвертого марта - мне хорошо запомнилась эта дата»? И почему Холмс все еще сидел за завтраком? Это было 4 марта 1881 года, и Холмс был всецело поглощен чтением новостей об инаугурации президента Гарфилда, имевшей место в тот день.
Не был ли Холмс прирожденным американцем? Это бы многое объяснило. Ревность Скотланд Ярда, отказ от дворянского звания, мастерское владение Западным жаргоном , некоторая бесцеремонность по отношению к аристократам, то, как легко он сходится с разного рода рабочим людом, всегда ездит в поездах первого класса. Как многозначительно его восклицание – Ха!, когда он подмечает, что Ирен Адлер родилась в Нью-Джерси. И осторожное добавление Уотсоном «США» (U.S.A) после каждого американского адреса, постоянно раздражающее нас, вероятно, имело целью подразнить своего друга. И в самом деле, как сказал как-то инспектор Мак Дональд: «Чтоб объяснить предметы американского происхождения , нет никакой необходимости привлекать каких-то посторонних американцев». Но давайте разожжем трубку из вишневого дерева и обследуем факты более систематически.

***
Бабушка Холмса была «сестрой французского художника Верне». Речь, конечно же, идет об Орасе Верне (1789-1863). Отец Ораса Верне (который был награжден Наполеоном за свои полотна «Битва при Маренго» и «Утро Астерлица») был родом из Бордо; а его дед, художник-маринист – из Авиньона. Здесь прослеживается связь с югом Франции, и свидетельством этого является интерес, проявленный Холмсом к Монпелье, где у него, вероятно, были французские родственники. И ему было известно, что Монпелье – важнейший центр научных исследований. Прискорбно, что исследователи биографии Холмса сделали так мало, чтобы проследить его родственные связи с Францией. Примечательно, что хоть он и отказался от дворянского звания в Англии, но согласился принять орден Почетного Легиона во Франции.
Многое можно было бы сказать о том, что предположительно Холмс унаследовал от Верне в художественном и политическом аспекте. Студия его двоюродного деда в Париже была «местом встречи либералов». И, несомненно, тот беспорядок на Бейкер-стрит, который приводил в такое отчаяние Уотсона, был сродни описанию Ораса Верне, который преспокойно писал, пока вокруг него боксировали, сражались на шпагах, под барабанную дробь и трубный глас, посреди смешанного сборища гостей, лошадей, собак и натурщиков. Бабушка Холмса, родившаяся в одной из самых радикальных семей с богемскими привычками, выросла среди трагических сцен французской революции и наполеоновских войн, и вполне возможно, что она могла иммигрировать в Америку. И в этом случае нет ничего невероятного в том, что, по меньшей мере, один из родителей Холмса был американцем. Я лично предполагаю, что там были какие-то дальние родственные связи с известным семейством Холмсов из Кембриджа (штат Массачусетс)

На этом я остановилась) И дальше изложу некоторые пункты своими словами.
Морли предполагает, что Холмса привлекло открытие в Балтиморе в 1876 году университета Джонса Хопкинса, и именно в Балтиморе он пристрастился к устрицам. Далее он немало путешествовал по Штатам, и в ходе этих поездок познакомился с Уилсоном Харгривом. Тут я отмечу, что мне это имя запомнилось исключительно благодаря гранадовской серии "Пляшущие человечки", а знакомство Холмса с Харгривом - уже на основе теории Баринг Гоулда - было подробно освещено в пастише "Сцена" (из серии "Трещина в линзе") Обязательно надо будет перевести оттуда хотя бы отдельные куски. И мне когда-то казалось фанатастичной идея о Холмсе, игравшего какое-то время на сцене и посетившего как раз в этот период Америку, но все это бледнеет в сравнении с Холмсом-американцем)
Далее Морли как бы между прочим замечает, что Оксфорд для Холмса просто немыслим - ведь с каким удовольствием он позже заметил, что полковник Моран и Джон Клей учились в Итоне и Оксфорде.
Потом еще такой момент. "Чертежи Брюса Партингтона". - Еще никогда не выпадало тебе случая оказать родине столь большую услугу - восклицает Майкрофт. Но сильно ли это вдохновило Холмса? - Ну, что же, - сказал он, пожав плечами...
Морли считает, что его несколько возмутила попытка Майкрофта назвать Англию его единственной родиной. Якобы Майкрофт старше, и на над ним не так довлели американо-французские родственные связи. Мне это кажется, чрезмерно притянутым, и вообще даже несколько нелепым.

Потом упоминается о том, как рад Холмс всегда оказать услугу американцам: тут и мисс Хетти Доран, и та же Ирен Адлер. Что касается "Знатного холостяка", то это дело , по мнению Морли, является блестящим доказательством симпатий Холмса к жителям американского континента. Он отдает должное американскому слэнгу, цитирует Торо, выказывает свою осведомленность по части цен на коктейли (вот тут, по-моему, точно перегиб) и произносит известную сентиментальную сентенцию.

"-Мне всегда отрадно знакомство с американцем.Я из числа тех, кто убежден, что недомыслие монарха и давние промахи министра не помешают нашим детям стать когда-нибудь гражданами одной громадной страны под флагом, объединившим Юнион Джек со Звездами и Полосами."

То, что Холмс воспитывался, или, по меньшей мере, учился в Штатах перед тем, как поступить в Кембридж представляется наименее спорным фактом. Его (или Уотсона) полное молчание в отношении его родителей, может говорить о том, что они умерли или находились за пределами Британии. Обучение за границей, вдобавок к его собственному характеру и темпераменту, легко объясняют его стремление к уединению в колледже. Помимо того, Уотсон даже если и знал больше о прошлом Холмса, то хранил о нем молчание из самолюбия. Он и без того страдал от контраста между могущественным Майкрофтом и его собственным , беспутным старшим братом.
В конце Морли заявляет, что оставляет вопрос открытым и свою гипотезу недоказанной полностью и считает уместным привести здесь слова самого Мастера:
"Стоит только измениться вашей точке зрения, как именно то, что ранее казалось изобличающей уликой , станет ключом к разгадке".

Я все это решила привести здесь исключительно для истории и как образец шерлокианского исследования. Самой мне такой взгляд видится более, чем спорным. Хотя неудивительно, что он был весьма популярен среди американцев и особенно во время Второй Мировой. Думаю, что не последнюю роль здесь сыграли фильмы Ретбоуна.